15 ноября 2018 г.
Нужная газета
События. Люди. Комментарии.
"Нужная газета " > Интервью > Эмма Ходжава: У нас не будет закрытых тем
03.03.2015

Эмма Ходжава: У нас не будет закрытых тем

Поделиться в социальных сетях:

«Алхас Чолокуа, подписавший приказ о назначении Иры Агрба на должность редактора-ведущего утренней программы радио, на тот период не являлся главой АГТРК, а, следовательно, не имел право решать кадровые и финансовые вопросы…»

Интервью с Гендиректором АГТРК Эммой Ходжава

– Идет судебное разбирательство по иску Ирины Агрба к АГТРК. Ты на эти заседания суда не ходишь – обоснуй свою позицию.

Эмма Ходжава: Потому что я считаю, что рассмотрение искового заявления Агрба необоснованно. Прежде чем принять иск, суд должен был запросить документы, связанные с зачислением Агрба на должность редактора Абхазского радио. По этим документам совершенно очевидно, что зачисление в штат было произведено незаконно, в нарушение действовавшего на тот период Положения, лицом, не имевшим полномочий на принятие кадровых и финансовых решений. Вины Ирины Агрба в этом нет, она лишь жертва политических интриг. Но между тем, если суд примет решение, не соответствующее истинному положению дел, то я буду подавать кассационную жалобу.

– Эмма, поясни, что это за лицо, не имевшее полномочий?

Э.Х.: Алхас Чолокуа, подписавший приказ о назначении Иры Агрба на должность редактора-ведущего утренней программы радио 30 мая 2014 года, на тот период не являлся главой АГТРК, а, следовательно, не имел право решать кадровые и финансовые вопросы. На должность Генерального директора РГУ АГТРК Чолокуа был назначен распоряжением Кабинета министров только 13 июня 2014 года. То есть он назначил Ирину Агрба, а спустя две недели его самого назначили главой телевидения. Проще говоря – это назначение было незаконным, с таким же успехом приказ о назначении мог подписать и любой другой сотрудник телерадиокомпании.

– А кто был руководителем АГТРК?

Э.Х.: В то время руководителем АГТРК являлся Кристиан Бжания. Он был председателем редакционного совета, и Кабинет министров наделил его 4 марта 2014 года полномочиями решать кадровые и финансовые вопросы. Это нетрудно понять, подняв исходящие документы, подписанные Бжания. Вот, к примеру, приказ № 29, подписанный за день до «назначения» Агрба, – под ним стоит подпись Бжания. Не разобравшись во всем этом, суд принял исковое заявление Агрба к рассмотрению. Обо всем этом знает и Алхас Чолокуа, и Кристиан Бжания, и сама Ирина Агрба. Этот судебный процесс – политический заказ. Я не желаю в этом участвовать, тем более, что на телевидении очень много дел, и я не могу себе позволить не заниматься ими. Как не могу себе позволить нанимать адвоката и разбазаривать средства телевидения, которые и так разбазарены. У нас много творческих и технических проблем, которые надо решать срочно.

– На суде прозвучало обвинение, что ты не пускаешь на территорию АГТРК секретаря суда.

Э.Х.: Это неправда. Я не могу этого сделать. Секретарь суда просто оставляет документы на проходной. Видимо, так проще, чтобы не подниматься на второй этаж. То же самое скажу и о сотрудниках: я никому не могу запретить ходить на заседания суда. Это смешные обвинения.

– Эмма, думаю, что этот вопрос будет не лишним: в каком состоянии тебе досталось хозяйство АГТРК?

Э.Х.: Если одним словом, то – разоренное. Потому что все эти годы нарушалась финансовая дисциплина, отчетность. Я бы очень хотела, чтобы была проведена аудиторская проверка, но, к сожалению, провести квалифицированный аудит у нас никто не может. Но даже на первый взгляд, при беглом просмотре документов, невозможно не заметить массу нарушений, как финансовой дисциплины, так и отчетности. Ведомости на выдачу заработной платы – будь то со спецсчета или из бюджета – зачастую подписывались не теми людьми, которым начислялась заработная плата. Два с половиной года человек, ни разу не поднимавшийся на территорию АГТРК, получал зарплату. Ему носили зарплату домой, а в ведомостях стоит чужая подпись. Очень удивилась я реакции сотрудников КРУ, которые не усмотрели в этом ничего из ряда вон выходящего. Все эти годы на АГТРК проводились строительные работы. Актов приема работ не было. И несмотря на то, что по договору деньги зачисляются только после выполнения работ – они были зачислены без всяких актов приемки. Сегодня подрядчики пытаются вынудить меня подписать эти акты задним числом – за 2013 год, то есть спустя год после зачисления денег на счета подрядчиков.

– Но сами-то работы хотя бы выполнены?

Э.Х.: В том-то и дело, что и сами работы тоже выполнены не полностью. В смете, которую представили мне, указываются, к примеру, кованые перила, зеркала, парикмахерская мойка… Для того, чтобы понять, что этого нет, не надо быть строителем – это видно при визуальном осмотре. Можно не разбираться в стоимости цемента, бетона, но мойка или кованные перила, если они указаны в смете – должны быть в наличии… До окончания проверки УБЭП я не буду говорить, что там отмывались деньги – я надеюсь, что специалисты грамотно сделают свою работу и выдадут заключение, дадут оценку финансовым документам, которые проводились через АГТРК. Помимо этого, на АГТРК заключались трудовые договоры, по которым из внебюджетного спецсчета выплачивались деньги, которые не были подтверждены соответствующими актами приема работ. По договору исполнитель должен сделать 4 передачи в месяц и получать за это по 14 тысяч рублей в месяц. Договор составлен на три года, деньги выплачены, а выясняется, что передач этих не существует, актов приема выполненных работ нет. Если посчитать, то это большие деньги – 300, 400 тысяч… Может быть, не в масштабах республики, но для АГТРК это значительные суммы. На мой взгляд, речь идет о коррупции, и после того, как я проанализировала все это, я понимаю, почему мне досталось разоренное хозяйство. Потому что деньги использовались не по назначению – вместо того, чтобы заниматься производством продукции, закупать необходимую технику, создавать студию, производить продукцию – заказывались кованые перила и зеркала, которых просто нет в наличии.

– О каких суммах идет речь?

Э.Х.: В одном случае о 2,5 млн. рублей, в другом – о 3 млн. рублей. На эти деньги можно было поменять сервер, который зависает, купить нормальные видеокамеры, которых катастрофически не хватает, оснастить студию. Можно было, в конце концов, привести в порядок автопарк, которые находится в жутком состоянии: отправляя корреспондентов на задание, я никогда не знаю, доедут эти полуразвалившиеся «Жигули» до места назначения или нет. К тому же на ремонт этих машин постоянно уходят большие деньги. То есть в результате постоянного нарушения финансовой дисциплины техническая база АГТРК в плачевном состоянии. В 2010 наладили сервер, заплатили огромные деньги. Из-за нарушения норм эксплуатации сервер пришел в негодность, потому что все обшили ковролином и сайдингом, что противоречит нормам эксплуатации. Сейчас я могу его поменять-обновить за 70 млн. Это огромные деньги, которые надо заплатить за бесхозяйственность. Все в упадке, но зато есть плитка, которую выложили на лестнице и по которой невозможно ходить, когда идет дождь. Эту плитку надо менять, пока никто не убился, но на это нет денег. А еще есть парикмахерская на бумаге, и я оплачиваю городским парикмахерским по договору, чтобы обслуживались там наши ведущие. И на это тоже уходят большие деньги.

Сейчас работает УБЭП, после того, как будет заключение специалистов, я обязательно расскажу о результатах проверки. Конечно, я сегодня должна говорить о творческой составляющей, о реформировании программ, но я сегодня больше занимаюсь тем, что «разгребаю авгиевы конюшни», восстанавливаю техническую базу, что очень сложно, так как деньги, которые должны были вкладываться в производство качественной продукции, разбазарены на плитки, на перила…

– Ты провела первый в истории абхазского ТВ конкурс программ – что тебе это дало?

Э.Х.: Я должна была понять, каким творческим потенциалом обладает телевидение, люди, которые работают, понять, что мы можем выдавать в эфир, на что мы можем рассчитывать. Важно проанализировать и понять, что надо менять, от чего надо отказываться, какие новые рубрики и программы надо вводить. Это очень болезненный вопрос – люди привыкли работать так, как они работали годами. Это уже образ жизни. Разом поменять невозможно, надо делать это постепенно, на конкурентной основе, на примере того, как можно одну и ту же продукцию сделать лучше, качественней. Мы постепенно идем к этому. Со следующей недели у нас будет еще четыре программы. Стартует ток-шоу. На мой взгляд, все эти меры будут способствовать привлечению зрителей, общественности. Представим разные точки зрения – у нас не будет закрытых тем. Изида Чаниа

Другие новости по теме

Реклама

Для размещения рекламы звоните по тел. : (+7-940) 921-78-75